Ваш браузер устарел. Рекомендуем обновить его до последней версии.

Pussy Riot (рус. Пусси Райот) — российская феминистская панк-рок-группа, организующая свои выступления в формате несанкционированных акций в не предназначенных для этого местах. «Площадкой» для выступления у Pussy Riot становились станции московского метро, крыша изолятора МВД, Красная площадь. И на выступлениях, и при общении с прессой участницы группы носят закрывающие лица вязаные балаклавы, лёгкие яркие платья и цветные колготки.

21 февраля 2012 года группа совершила акцию в храме Христа Спасителя, которую назвала «панк-молебен». Участницы забежали на амвон и солею храма, где осеняли себя крестным знамением, стоя на коленях, и пытались произнести слова песни, пока не были удалены охранниками храма. В целом нахождение на амвоне продолжалось 41 секунду. По словам ключаря храма, осквернения алтаря не было и повторное освящение храма не требуется.

Из съёмок акции, дополненных студийной звуковой дорожкой, был создан видеоролик песни «Богородица, Путина прогони!». Песня критикует связь руководства Московского патриархата, включая патриарха Кирилла, со спецслужбами и Путиным.

По словам участниц группы, на проведение акции их подтолкнули высказывания патриарха Кирилла о том, что «Путин исправил кривизну истории», цитирование им путинской фразы про «раба на галерах» и его предполагаемая связь с КГБ, а также политическое и коммерческое использование храма Христа Спасителя.

3 марта 2012 года по обвинению в хулиганстве были арестованы участницы группы Надежда Толоконникова и Мария Алёхина, а 16 марта — Екатерина Самуцевич.

17 августа 2012 года участницы группы были признаны виновными в хулиганстве по мотивам религиозной ненависти и приговорены к двум годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

10 октября 2012 года Мосгорсуд наказание Самуцевич заменил на условное и освободил её в зале суда, а Толоконниковой и Алёхиной приговор оставил без изменения.

(из материалов Википедии)

Фото Дениса Бочкарева

 

СТИХИ ПО ДЕЛУ PUSSY RIOT

 

Илья Риссенберг

 

***

В Европу вряд ли с воплем в прорубь
Но только внутренне окно
Рабам на волю без разбору
Прорубит Надя Толокно

И сразу ведьму на красотку
На мат Господний заберусь
Языковедную решётку
Всеобщеграмотная русь

Режиму дрянь Душе мятежно
Похолоданье сей же день
И толоконная надежда
Дрожит хоть ситечко надень

Стожарам путничать на страже
А у попа была балда
Мучная мученица та же
Что глина пушкинского лба

В темнице сказочного царства
Природной внутренней судьбой
Играет взрослое бунтарство
Одной системы корневой

Белькантолюб Леонкавалло
На смерть паяца смеху д/б/ля
Амвону ймёт балалайклава
Срамное плоймя без белья

В разгул и боль вхожу влюблённо
По Слову манием сестры
За огненным глотком бульона
В пассионарный монастырь

Про Богородицу поверьте
Песнь воздыханью воротя
В музейноясельном вертепе
Новозаветное дитя

Ковчег тождествен оригами
Зачем убежищных сюда
Костром оргазмом ли грехами
Где срам сгорает со стыда
Во Храм Спасенья олигархи
Дождитесь Божьего Суда

Шмон в нимбе к Небу за прощеньем
Планеты у Златых ворот
О не шаманным но священным
Ознобом Троицу трясёт

Что откровеньям подноготным
До патриршей бороды
Клянут погоду клиньям нотным
Поэты скажете жиды

Кощунствуют спаси Исусе
Твой гневнокукольный напев
Где русь и путин песнь и пусси
Куда ни кинь окаменев

 

 

Виктор Куллэ

 

Вопрошание

Когда ленивый не муссирует
лихой корпоративный срам,
когда на смену милосердию
осклабился Грядущий Храм,

я приношу вопрос к подножию
Того, пред Кем юлить грешно:
«Ужели даже Тело Божие
гангреною поражено?»

С тоской гляжу на массу серую
переродившихся святош.
Как быть, коль в Господа я верую,
а им — не верю ни на грош?

 

***

Вчера мы простились с законом.
Судья приговор изблевала,
а люди в мирке заоконном
живут, как ни в чём не бывало.

Чтоб пуще крепить пирамиды,
немыслимо жить по закону.
И вместо наивной Фемиды
призвали Медузу Горгону.

Теперь она преданно рыщет
зрачками по всей ойкумене,
храня status quo нуворишей.
Пустыне потребны каменья.

 

 

Алексей Колчев

 

потешки

 

1
спой мне
колыбельную
pussy riot

расскажи
как они
играют

в прохладной
песочнице

на цветных
лопатках

приговорённые

к милости
жалости
окаменелости

судом
наставническим

трудом
подвижническим

как ласково умиляются
прохожие
палачи

грызя
железные сушки
чугунные калачи

вместе
возрадуемся

2
спляши сестра
на костре у костра

в мечети в синагоге
на райском пороге

на святой земле
в железном котле

в кровавой ванне
дам тебе целование

братское блядское
слепое дурацкое

в могильной яме
потрещу костями

у могильной оградки
поцелуи сладки

за пыльной рогожей
я твой прохожий

ласковый женишок
без кишок
без кожи

 

 

Андрей Родионов

 

***

Девочки пели в масках в церковном хоре
Богородица выгони путина вон
у Надежды Толоконниковой плакал ребенок
а Достоевский не велел, чтобы плакал он

и храм был страшен как панк-молебен
и их тогда отвели в тюрьму
красиво одетых нежных царевен
под масками слез не видать никому

все плакали тихо, но вой был жуток
и лишь далеко в кирпичном кремле
причастный к тайнам, плакал путин
на что Федор Михалыч как раз положительно смотрел

 

 

***

Активистов православных
собирали мы в поход
уж пегасов им халявных
щедро выделил синод

выезжают наши нео:
рубка-сеча впереди
рядом с Дмитрием Энтео
Дмитрий Пименов сидит

между митями с почетом,
озирающий поля
расположен Звездочетов
Константин но и Илья

три кощунственные бляди
за воротами Москвы
здрасте, Катя, Маша, Надя,
мы в седле! Идем на вы!

москвичи в тяжелых куртках
утирают дождь со лба
сожалеют о придурках
у которых жизнь борьба

все не ясно им, усатым,
безбородым, с бородой,
кто теперь за супостата,
кто теперь за нас с тобой

может светлое посланье
в этой битве нам звучит
атомное православье
радости метеорит

 

 

Алексей Цветков

 

quatuor pour la fin du temps

где два зрачка сияют неслиянно
в стекле пересыхающих морей
сыграют напоследок мессиана
герои бедной родины моей

предел осточертевшему кочевью
но перед ним смычком поправив лист
рассядется медведь с виолончелью
и чем тебе козел не кларнетист
занять партер потянутся бараны
отборные из лагерной охраны
изыскан вкус в ком голова тверда
в последний раз проблеемся тогда

звезде в зенит и вертухаю с вышки
осел копытной дробью на фоно
скрипичное страдание мартышки
в последний раз страдается оно
в дорогу доза музыки полезной
вороний грай на очной ставке с бездной
свиданье в топке с пламенным лазо
дрозды в зубах abîme des oiseaux

жмуры горой в гробах и с гимном в припять
друзья-мутанты пост-советских лет
мы с ними кой-чего успели выпить
но похмелиться дня в запасе нет
не встать на суд из-под креста кривого
медведь работы дедушки крылова
мохнато в струнной трудится семье
и pussy riot в пляс на солее

 

***
ни слова о неправедном суде
такой исход подозревал не зря ты
о совести о чести о стыде
теперь слова из языка изъяты

тем более ни строчки о стране
пластом до океана и обратно
приговоренной отмывать в говне
налипшей крови вековые пятна

нам в справочнике отведут графу
о зоне смерти в полосе подзола
поскольку у истории в шкафу
не остается средства от позора

ей похуй и заказан вход сюда
в вольер жестоковыйных и неправых
где мы скрываем лица от стыда
в примерзших к мертвой коже балаклавах

 

Как помочь журналу